Козацькі посиденьки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Козацькі посиденьки » История в личностях » КОРНИЛОВ, ЛАВР ГЕОРГИЕВИЧ (1870-1918)


КОРНИЛОВ, ЛАВР ГЕОРГИЕВИЧ (1870-1918)

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

КОРНИЛОВ, ЛАВР ГЕОРГИЕВИЧ (1870-1918), российский военный и политический деятель, один из вождей Белого движения. Родился 18 (30) августа 1870 в станице Каркаралинская Семипалатинской области в семье казацкого офицера (хорунжего). В 1889 окончил Сибирский (Омский) кадетский корпус; в 1892 — Петербургское Михайловское артиллерийское училище с присвоением чина подпоручика; направлен в туркестанскую артиллерийскую бригаду. В 1895-1898 учился в Николаевской академии Генерального штаба. В 1898-1904 служил в штабе Туркестанского военного округа. Успешно выполнил ряд разведывательных операций в Афганистане, Персии и Индии; удостоен ордена Св. Владимира. Публиковал статьи о странах Востока, в 1901 издал книгу Кашгария и Восточный Туркестан. Участник Русско-японской войны; отличился в боях под Мукденом (февраль 1905); награжден орденом Св. Георгия 4-й степени; произведен в полковники. В 1905-1907 занимал различные должности в военных округах. В 1907-1911 — военный агент (атташе) в Китае; затем служил в отряде пограничной стражи. Получил чин генерал-майора. Перед Первой мировой войной временно исполнял обязанности начальника 49-й пехотной дивизии. В начале войны назначен начальником 48-й пехотной дивизии в составе 8-й армии А.А.Брусилова (Юго-Западный фронт). В сентябре 1914 во время сражения под Грудеком (Галиции) сумел прорваться в Венгрию, но, не получив поддержки, был вынужден отступить с большими потерями. В ходе германо-австрийского наступления в конце апреля 1915 его дивизия, несмотря на отчаянное сопротивление, была окружена и разгромлена в Карпатах на реке Дукле, а сам он вместе с ее остатками попал в плен к австрийцам. Награжден орденом Св. Георгия 3-й степени. До июля 1916 содержался в замке князя Эстергази; симулировав нервное расстройство, добился перевода в военный госпиталь Кесега (к северу от Будапешта), откуда бежал на родину через Румынию. Сенсационный побег сделал его легендарной фигурой в глазах российской общественности. В сентябре 1916 назначен командиром 25-го пехотного корпуса (Юго-Западный фронт); произведен в генерал-лейтенанты.

После Февральской революции выразил поддержку новой власти. 2 (15) марта 1917 по инициативе М.В.Родзянко назначен командующим Петроградским военным округом. 7 (20) марта по приказу Временного правительства произвел арест и организовал охрану царской семьи. В результате конфликта с Петроградским Советом рабочих и солдатских депутатов, стремившимся контролировать его деятельность, в конце апреля 1917 подал в отставку. В начале мая вернулся на фронт в качестве командующего 8-й армией. Во время летнего наступления русских войск его армия, прорвав 25 июня (8 июля) германский фронт и захватив в плен более 10 тысяч человек, овладела Галичем. В связи с началом немецкого контрнаступления назначен 7 (20) июля командующим Юго-Западным фронтом вместо генерала А.Е.Гутора, утратившего контроль над войсками; произведен в генералы от инфантерии. В условиях беспорядочного отступления и массового дезертирства пытался жесткими мерами восстановить дисциплину в армии и предотвратить развал фронта: явочным порядком ввел смертную казнь и военно-полевые суды, затем добился от правительства юридического оформления этих мер; сформировал ударные батальоны для борьбы с дезертирами; запретил митинги и революционную агитацию в воинских частях; требовал ограничения полномочий комиссаров и войсковых комитетов. 19 июля (1 августа) 1917 назначен верховным главнокомандующим.

Выдвинул программу наведения порядка в тылу ("корниловская программа"), предполагающую милитаризацию транспорта и военной промышленности; обнародовал ее 14 (27) августа на Государственном совещании в Москве. Стал знаменем консервативных сил российского общества. Разрабатывал планы установления в России твердой власти; с этой целью вел переговоры с Временным правительством. Считал необходимым нанести решительный удар по левым силам; намеревался объявить Петроградскую губернию, Кронштадт, Эстонию и Финляндию на военном положении и с помощью 3-го конного корпуса генерала А.М.Крымова занять столицу, обезоружить рабочих и разогнать Петроградский Совет.

27 августа (9 сентября) 1917 министр-председатель Керенский издал приказ о смещении Корнилова, которому тот, однако, не починился. При поддержке генералитета попытался организовать антиправительственное выступление, но не получил поддержки в войсках; поход 3-го конного корпуса на Петроград окончился неудачей, а А.М.Крымов застрелился. Объявлен мятежником и 2 (15) сентября арестован. Содержался в заключении в Быхове (Могилевская губерния).

Октябрьскую революцию встретил враждебно. 19 ноября (2 декабря) освобожден по приказу верховного главнокомандующего генерала Н.Н.Духонина. Попытался пробиться на Дон, к атаману Каледину, вместе с верным ему Текинским полком, но большевики организовали преследование текинцев, и Корнилову пришлось пробираться на юг самостоятельно (в поношенной крестьянской одежде и с фальшивыми документами).

(19) декабря прибыл в Новочеркасск. Принял активное участие в организации Добровольческой армии. 18 (31) декабря вместе с генералом М.В.Алексеевым и атаманом Калединым встал во главе Донского Гражданского Совета, созданного для руководства Белым движением на всей территории бывшей Империи и претендовавшего на роль всероссийского правительства; назначен командующим Добровольческой армией. После самоубийства Каледина и установления Советской власти на большей части Донской области возглавил Первый Кубанский поход добровольцев на Екатеринодар (февраль-апрель 1918). См. также ЛЕДЯНОЙ (ПЕРВЫЙ КУБАНСКИЙ) ПОХОД. Погиб 13 апреля при артиллерийском обстреле во время осады города. Тайно похоронен близ Екатеринодара на территории немецкой колонии Гначбау. На следующий день могила была обнаружена большевиками, а тело осквернено и сожжено на городской скотобойне.

Иван Кривушин
http://i055.radikal.ru/0911/40/c77008ea6b7f.jpg

Литература:
Иоффе Г.З. "Белое дело". Генерал Корнилов. М., 1989
Иоффе Г.З. Семнадцатый год: Ленин, Керенский, Корнилов. М., 1995
Басханов М.К. Генерал Лавр Корнилов. Лондон, 2000
Венков А.В. Белые генералы: Корнилов, Краснов, Деникин, Врангель, Юденич. Ростов-на-Дону, 2000

0

2


Из Обращения Корнилова Л.Г "Русские люди..."

0

3

Малоизвестные страницы биографии Лавра Корнилова

Малоизвестные страницы биографии Лавра Корнилова
  Лавр Георгиевич Корнилов - Верховный Главнокомандующий Русской Армией в тяжелые дни июля 1917 года, а уже через месяц объявленный "мятежником", генерал, вставший у истоков "Белого дела" и поведший Добровольческую Армию в ее первый поход. Имя этого человека, сыгравшего одну из ключевых ролей в исторической драме русской Революции, хорошо известно Читателю. С необычной судьбой, безусловно талантливый, он конечно же не укладывается в прокрустово ложе "тупого и ограниченного солдафона", каким его пытались изобразить сперва либералы из лагеря Керенского, а затем и использовавшие этот шаблон историки.
  Дела и идеи Лавра Корнилова ждут пристального и всестороннего исследования. Статья - это попытка рассказать лишь о нескольких малоизвестных эпизодах его жизни, жизни офицера, главная цель которой, как это всегда было принято в России - служение Отечеству.
  28 апреля 1898 года на собрании профессоров и преподавателей Николаевской Академии Генерального Штаба, высших чинов Военного Министерства и Генерального Штаба были рассмотрены результаты занятий офицеров, окончивших дополнительный курс. Заседание определило представить на утверждение императора награждение штабс-капитана Туркестанской артиллерийской бригады Л.Г. Корнилова, завершившего курс Академии лучшим, малой серебряной медалью и занесением его имени на мраморную доску в конференц-зале (1). За успешное окончание Академии Корнилов досрочно произведен в следующий чин - капитан и ему предоставляется право выбора служебной вакансии первым. Перед Корниловым перспектива службы в столичном военном округе, в Главном Штабе, "капитану Корнилову на основании приказа по военному ведомству открыта возможность на преподавание тактики, военной истории, военной администрации и топографии в военных училищах без предварительного испытания пробной лекцией"(2). Но Корнилов вновь, как и после окончания Михайловского артиллерийского училища, отказывается от заманчивых предложений и сам выбирает Туркестанский военный округ, которому уже отдано несколько лет его офицерской службы. Интерес к загадочному и малоисследованному Туркестану, необъятной Центральной Азии, редкая возможность реализовать полученные в Академии знания определили его выбор - служить на восточных границах Российской Империи. В конце октября 1898 года Корнилов прибыл в Ташкент и уже через две недели его командируют в небольшой город Керки у урочища Термез. Корнилову выпало служить под началом генерала М.Е. Ионова, командовавшего в то время 1-й Туркестанской линейной бригадой, известного исследователя Центральной Азии, совершившего поразительную по смелости экспедицию через неисследованные районы Памира.
  Это было время резких англо-русских противоречий. Центральная Азия всерьез рассматривалась стратегами как возможное место будущих сражений. Англичане уделяли чрезвычайно важное внимание Афганистану - кратчайшему пути для продвижения России к Индии. Афганская армия ими усиленно вооружалась, а вдоль русской границы воздвигались крепости и укрепления. Русским Генеральным штабом была поставлена задача - проникнуть в тайны англо-афганских приготовлений. Перед самым приездом Корнилова в бригаду, русскими войсками был отбит у афганцев важный стратегический пункт на берегу Аму-Дарьи - Термез, древняя столица Бактрии. Прямо против Термеза, на другом берегу Аму, находился Мазари-Шариф, центр Афганского Гиндукуша. Здесь, у входа на перевалы Гиндукуша, для прикрытия путей через Бамьян на Кабул, афганцы поспешно строили крепость Дейдади и целую сеть мелких опорных пунктов. "Мне", - вспоминал генерал Ионов, - "страстно хотелось выяснить характер работ, предпринятых афганцами и, по возможности, воздвигнутых ими укреплений. Однако, крепость стояла в 50 верстах от берега в глубину афганской территории, афганцы были бдительны и неумолимы к нашим разведчикам и сведений об укреплениях мы не имели"(3). Ионов часто сетовал на недоступность Дейдади для русской разведки. После очередной неудачной попытки добыть информацию, используя разведчиков из "туземцев", Корнилов просит съездить на три дня в отпуск. На третий день в комнату Ионова вошел Корнилов и протянул фотографии и чертежи каких-то укреплений. "Это Дейдади" - объяснил он удивленному генералу.
  Смелая, авантюрная, но в месте с тем, просчитанная до малейших деталей разведывательная операция была подготовлена лично Корниловым. Он часто и помногу общался с туркменами, зная превосходно язык, расспрашивал о происходящем на афганском берегу. Корнилов условился с двумя верными ему туркменами и они обещали быть проводниками в походе в глубь афганского берега. Удачное переодевание - голова выбрита, усы подстрижены, полосатый халат, высоко подогнанные стремена и гортанный говор - и в сутулом туркмене уже не узнать капитана Корнилова. За несколько верст от Термеза состоялась переправа на афганский берег. Через широкую горную реку перебрались на утлом плоту из надутых козьих бурдюков.
  Высадился маленький отряд у небольшого торгового городка Чушка-Гузарь, пересели на лошадей, приготовленных в ближайшем селении. На рассвете удалось достичь крепости, но разглядеть ее в утреннем полумраке было невозможно. Подъезжая к крепости, Корнилов заметил у самой крепостной стены чайхану, где сидели караульные афганские солдаты. Корнилов, испытывая судьбу, повел своих спутников внутрь и приказал подать завтрак. Он решает ждать до полного рассвета, чтобы лучше изучить профиль крепости. Уже совсем рассвело, когда к ним подъехал афганский офицер, наблюдавший за крепостным районом. Корнилов объяснил свой приезд в Дейдади желанием поступить во вновь формируемый эмиром Абдурахманом Туркестанский конный полк. Офицер поверил ему. Корнилов проезжает буквально у стен крепости и ему даже удается сделать несколько фотографических снимков укреплений.
  В Российском государственном Военно-историческом архиве сохранились редкие документы - доставленные немедленно в русский Генеральный Штаб подлинные карты и планы, привезенные Корниловым из Афганистана. В руках русского командования оказались карты и снимки не только Дейдади, но и планы укреплений Шор-Тепе (4), крепости Тахтапуль (5), чертежи афганских воинских казарм, места расположения крепостной артиллерии (6). Корнилов провел съемку дорог от переправ через пограничную реку к Дейдади, привез описание характера укреплений и анализ пропускных возможностей коммуникаций, обзор приграничной северной области Афганистана.
  Полученные Корниловым материалы легли в основу русских военных приготовлений на границах Туркестана. А разведка крепости Дейдади, вспоминал генерал И. Романовский, "разбиралась в войсках как пример тщательно планированной операции и прибывших на службу в Туркестан офицеров специально знакомили с этой чрезвычайно опасной экспедицией"(7).
  Летом 1899 года Корнилов работал над изучением района южнее Кушки - направления на Меймань и Герат. Ему помогали один казак и несколько туркмен, принятых на русскую военную службу. По приказанию командующего Туркестанского военного округа Корнилов часто выезжал в малоизученный регион Патта-Гиссарь и Чубек для осмотра и уточнения пограничной полосы.
  В Генеральном Штабе успехи Корнилова высоко оценили и предложили продолжить работу в Центральной Азии "в интересах военного ведомства". По приказу Генерального Штаба Корнилов командируется в Кашгар - крупнейший город Си-Цзянской провинции Китайской Империи(8). Кашгар, где располагалось единственное в Восточном Туркестане российской консульство, служил центром русских исследований Тянь-Шаня, Памира и образуемой Таримским бассейном Малой Бухарии. Враждебность местного населения и труднодоступность затрудняли попытки проникнуть в глубину восточных китайских провинций. В 1883-1884 годах Восточный Туркестан прошел Н.М. Пржевальский, в 1889-1890 годах такую же попытку предприняли братья Г.Е. и М.Е. Грум-Гржимайло. Но для многих попытки оканчивались трагично - в Кашгаре был убит путешественник А. Шлагинтвейт.
  Корнилов провел в дальних поездках почти полтора года. Начиная с декабря 1899 года он предпринял разведывательные экспедиции в направление Куэнь-Луня и Тянь-Шаня. Двигаясь вдоль границы Ферганы, Семиречья, Индии и Тибета, Корнилов долгие 18 месяцев изучал "военный театр" Восточного Китая, составил карты перевалов Куень-Луньской горной системы, исследовал дороги, прилегающие к Тянь-Шаню и систему стратегического сообщения Восточного Туркестана с внутренним Китаем. Вместе с подпоручиками Кириловым и Бабушкиным Корнилов обследовал песчаную степь между Яркентом и Янги-Гассаром, почти лишенную воды и пищи. Пески нагромождались здесь такими высокими грядами, что местные жители называют их Куам-Тау - песчаные горы.
  В июле 1901 года Корнилов вернулся в Ташкент, где издает собранные материалы в книге "Кашгария и Восточный Туркестан", напечатанной "средствами Туркестанского военного округа"(9). За работу в Восточном Китае он награжден орденом Св. Станислава 3-й степени и уже через месяц, 3 сентября 1901 года согласно "секретному письму Начальника Главного Штаба командирован в пределы Персии"(10).
  Русскому Главному Штабу требовались сведения о провинциях восточной Персии - Харасане и Сеистане. Россия на рубеже веков активно проникает в Персию, стараясь противостоять английскому влиянию. Россия добивается выгодных условий для своей торговли и промышленности. Персия становится сферой влияния России и зоной ее интересов. Российская Империя готовится к постройке железной дороги через Персию и устройству порта в Шехбаре на побережье Персидского залива с "различными укреплениями и флотом"(11).
  Небольшой отряд Корнилова, состоявший из 2 казаков и 2 туркмен должен был пройти по знойной пустыне, населенной воинственными племенами почти 4 тысячи верст, собрать военно-экономические материалы, составить карты северной Персии, дать о положении страны точную и полную характеристику. Экспедиция продолжалась 7 месяцев. Лошадей почти не осталось. Припасов крайне мало - оружие, инструменты и дневники составляли почти весь багаж. Путь из Сеистана до Мешхеда вдоль Афгано-Персидской границы был неимоверно тяжким. Отряд медленно продвигался через необъятное пространство раскаленных степей. Персы называли эту пустыню - "Дашти-Наумед" - "степь отчаяния". Лишь немногие английские исследователи предпринимали прежде неудачные попытки проникнуть в глубинные районы пустыни. На картах начала ХХ в. почти вся "Дашти-Наумед" все еще была занята большим белым пятном с надписью "неисследованные земли". Первым европейцем, решившимся пересечь пустыню с юга на север стал Корнилов. Воду находили в редких колодцах, припасов постоянно не хватало. Пищу отряда составляли лишь мучные лепешки. Посуду бросили в самом начале пути и лепешки пекли прямо на угольях. Силы лошадей и людей убывают с каждым днем - оставлены палатки, необходимая утварь, но дневники, карты и собранные образцы упрямо везут с собой. Результатом этой экспедиции стал богатый материал об этнографии народов северной Персии, дорогах, прилегающих к русско-персидской границе, сведения об отношении племен Персии к Российской Империи, состоянии персидской армии и ее пограничных укреплениях.
  Все долгие месяцы экспедиции Корнилов продолжает изучать язык, культуру и традиции персов. Любовь к этой стране сохранилась на всю жизнь, и как вспоминал Хан Хаджиев, адъютант Корнилова - "он часто интересно и увлекательно рассказывал сцены и картины нравов из персидской истории, вспоминал произведения персидских поэтов, декламируя большие отрывки на прекрасном персидском языке, переводя их после слушателям"(12). Корнилов любил Туркестан, его историю, древние обычаи. Как вспоминал генерал Е.Н. Мартынов, служивший с Корниловым в Маньчжурии, "по собственным его, Корнилова, признаниям он вообще не переносил Европу и лучше всего чувствовал себя с азиатами"(13). Корнилов частый гость в далеких "туземных" селениях. Его увлекает загадочная, полная тайн жизнь Востока. Заметим, что он знал 9 языков народов Русского Туркестана и Центральной Азии.
  Русско-японская война застала Корнилова в Белуджистане - области в западной части Британской Индии, прилегающей к Аравийскому морю, куда он был официально командирован "для изучения языка и быта тамошних народностей"(14). Экспедиция в Белуджистан стала его последней поездкой в Центральную Азию.
  В 1917, в тягостные месяцы развала армии, внутренней анархии и первых всплесков Гражданской войны, Корнилов часто вспоминал годы проведенные в Туркестане, с грустью сравнивая их с происходящим вокруг. Было великое государство, которому он служил и которое не предавало его, была цель, ради которой он рисковал жизнью, сейчас же стена непонимания и враждебности вокруг, когда чувствуешь себя чужим в собственной стране.

0

4

Нашёл интересные фото.1.Первопроходники у могилы генерала Л.Г.Корнилова.
                                     2.Тело генерала,вынутое из могилы красными,перед сожжением.

увеличить

увеличить

0

5

0


Вы здесь » Козацькі посиденьки » История в личностях » КОРНИЛОВ, ЛАВР ГЕОРГИЕВИЧ (1870-1918)