Козацькі посиденьки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Козацькі посиденьки » История в личностях » Марков Сергей Леонидович


Марков Сергей Леонидович

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Легко быть смелым и честным, помня, что смерть лучше позорного существования в оплеванной и униженной России.
Сергей Марков
Имя генерал-лейтенанта Сергея Леонидовича Маркова и его дивизии было хорошо известно в белоэмигрантских кругах, в особенности военных. Лихие марковцы, черные погоны, одна из самых прославленных "цветных" дивизий Добровольческой армии генерала Антона Деникина… Кто он и каким был на самом деле? Вряд ли кто-то из современников на его родине сможет обстоятельно ответить на этот вопрос.

Родился Сергей Леонидович в Москве 7 (20) июля 1878 года в семье офицера. Потомственный дворянин. После блестящего окончания 1-го Московского кадетского корпуса продолжил военное образование в Константиновском артиллерийском училище с 1895 по 1898 год. Вновь блестящий выпуск подпоручиком во 2-ю лейб-гвардии артиллерийскую бригаду. Несколько лет службы пролетели быстро, и Марков становится слушателем Императорской Николаевской военной академии (Генерального штаба), которую успешно оканчивает в 1905 году. Уже шла русско-японская война. Капитан Генерального штаба Марков добровольцем отправляется на передовую. Служа в штабе 1-го армейского корпуса, Марков проводит под огнем противника исключительно точные рекогносцировки, ходит в лихие разведки. Его боевая деятельность отмечена рядом орденов — до весьма высокого Св. Владимира 4-й степени включительно — и отличной аттестацией.

С 1911 года уже в чине подполковника Сергей Леонидович читает курс истории военного искусства периода Петра Великого в Императорской Николаевской академии и одновременно — военную топографию в ряде военных училищ, выступает в военной печати. Резкий, порывистый, Марков сразу производил неизгладимое впечатление на всех, с кем сводила его судьба. Он с первых лекций приковал к себе внимание юнкеров — видом, манерами, живостью и энергией, красотой и образностью речи — и, конечно, увлек и самими предметами преподавания. Он прививал нестандартность мышления и творческий подход к военному делу будущим офицерам. "Читать всегда нужно, много читать!" — одна из его любимых фраз.

После начала Первой мировой войны полковник Марков в декабре 1914 года принимает должность начальника штаба уже прославленной трудами генерала Деникина 4-й Железной стрелковой бригады. Приехал он в бригаду еще никому не известным и с места заявил, что перенес небольшую операцию на ногу, ездить верхом пока не может и на позицию не поедет. Деникин тогда поморщился, штабные переглянулись и все подумали: "Профессор". Деникин выехал на передовую линию, где шел жаркий бой. Его группу накрыло несколько очередей шрапнели…

Но что такое? К цепи стрелков совершенно открыто подъехал на огромной колымаге Марков — веселый, задорный, смеющийся — и говорит: "Скучно стало дома. Приехал посмотреть, что тут делается…". С этого дня лед растаял и зародилась большая дружба и фронтовое братство Деникина и Маркова, а вот шутливое прозвище "профессор" так и осталось. Деникин вспоминал: "Мне редко приходилось встречать человека, с таким увлечением и любовью относившегося к военному делу. Молодой, увлекающийся, общительный, обладавший даром слова, он умел подойти близко к любой среде — офицерской, солдатской, к толпе — иногда далеко не расположенной — и внушать им свой воинский символ веры — прямой, ясный и неоспоримый. Он прекрасно разбирался в боевой обстановке и облегчал мне очень работу".

В одном из тяжелых сражений Марков по своей инициативе принимает командование 13-м стрелковым полком бригады и ведет его от победы к победе. Уже два раза отмеченный по Георгиевскому статуту орденом Св. Георгия 4-й степени и Георгиевским оружием, перед знаменитым Брусиловским прорывом в 1916 году Марков признавался Деникину: "Одно из двух — деревянный крест или Георгия 3-й степени". Да, война была его стихией. Он словно не жил, а горел. Сергей Леонидович был военным от Бога и в любой обстановке умел заставить всех выполнять обязанности образцово. Человек порыва, он в своем настроении часто переходил из одной крайности в другую, но когда обстановка складывалась отчаянная, немедленно овладевал собой. В одном из тяжелейших боев, атакованный со своим полком практически со всех сторон, он докладывал Деникину по телефону: "Очень оригинальное положение. Веду бой на все четыре стороны света. Так трудно, что даже весело стало".

Он никогда не берег себя и умел ходить в атаку в полный рост — "не кланяясь пулям", зная, что стремительный бросок и доведение атаки до лихого штыкового удара только уменьшает потери. По легендам, ходившим о нем уже в Добровольческой армии, Марков мог остановиться во время атаки среди кромешного огня и прикурить потухшую папироску, чем приводил в бешеный восторг молодых юнкеров и офицеров. Это считалось высшим шиком "цветных" частей — идти в атаку с "асмоловской" папироской в зубах и с винтовкой на ремне, не обращая внимания на свистящие пули…

В ноябре 1916 года Маркова отзывают на преподавательскую работу в академию. На своей первой лекции он сказал офицерам-фронтовикам: "Господа! Мне впервые приходится читать лекцию в столь блестящей аудитории. Но господа офицеры! Не забудем, что, быть может, достойнейшие не здесь, а остались на проволоке!". Один из слушателей — подполковник Пермяков — вспоминал: "Лекции профессора Маркова пользовались большим успехом. Эти лекции, излагаемые в коротких и резких штрихах не профессором-теоретиком, а боевым генералом-профессором, имевшим за плечами опыт на строевых и штабных ступенях боевой деятельности, были ценнейшим вкладом для "имеющих уши — слушать".

Но Маркова неумолимо тянуло на фронт. Свою последнюю лекцию он закончил словами: "Все это, господа, вздор, только сухая теория! На фронте, в окопах — вот где настоящая школа. Я ухожу на фронт, куда приглашаю и вас!". В этих словах — весь Марков, и эти слова как никогда актуальны и будут таковыми для всех молодых офицеров. Революция застает Маркова в должности генерала для поручений в штабе 10-й армии, затем служба в ставке Верховного Главнокомандующего. Судьба снова сводит его со старым другом генералом Деникиным, чтобы не разлучить уже до самой смерти… Марков занимает должности начальника штаба Западного и Юго-Западного фронтов. Большой патриот и высокий военный профессионал, Марков не мог не видеть, к какому краху ведет Россию Временное правительство. Как и Деникин, Марков безоговорочно поддерживает "корниловский мятеж". Арест, Быховская тюрьма города Житомира, где содержались около двадцати генералов и офицеров. Марков напишет тогда в дневнике: "Военное дело, которому отдал себя, приняло формы, при которых остается лишь одно: взять винтовку и встать в ряды тех, кто готов еще умереть за родину".

А вокруг — анархия и развал, большевистская пропаганда и разнузданная солдатская толпа… Быховские узники совершают при помощи верных солдат и офицеров побег и разными путями пребывают в Новочеркасск — столицу войска Донского. По пути Маркову пришлось перевоплотиться в роль денщика генерала Романовского, играющего роль "простого офицера". "Денщику" пришлось исправно бегать на станциях за кипятком для "своего офицера" и вести митинговые речи, поминутно сбиваясь на культурную речь, а также лихо сплевывать семечки на солдатский манер.

На Дону начала свое формирование Добровольческая армия, которой было суждено развернуться в вооруженные силы Юга России. Дон стал колыбелью и оплотом борьбы с коммунизмом. Перед каждым русским офицером стал вопрос о личном участии в этой борьбе. "Должно упрекать всех и самого себя за проявление слабости, нерешительности, отсутствие дерзания и пр., как бы все это по степени ни разнилось в деле. Эти упреки опровергнуть невозможно. Отвратительны самооправдания. С 1917 года поставлен крест на всю прошлую службу каждого, где бы он ни служил, если она не оправдана дальнейшими делами во благо родины", — так говорил генерал Михаил Алексеев, один из основоположников Добровольческой армии.

9 (22) февраля 1918 года начался знаменитый 1-й Кубанский (Ледяной) поход Добровольческой армии. Четыре тысячи человек уходили в морозную степь, чтобы положить начало организованной борьбе с большевиками. Уходили, бросая семьи, непонятые и одинокие, плохо одетые и вооруженные, но великие духом и верой в возрождение России "железные первопроходцы". Поход создал нового Маркова — легендарного, прославленного и горячо любимого всей маленькой армией. Сергей Леонидович принял командование Офицерским полком. Обращаясь к офицерам перед походом, он сказал: "Не огорчайтесь. Я глубоко убежден, что даже с такими малыми силами мы совершим великие дела. Не спрашивайте меня, куда и зачем мы идем, а то все равно скажу, что идем к черту за синей птицей".

Всегда неутомимый, часто первым поднимавшийся в атаку, он пользовался неизменной любовью и полным доверием, не раз выручая армию. Когда в горячие минуты боя слышался его обычный призыв: "Друзья, в атаку вперед!", вверенные ему части поднимались без колебаний и шли под самый страшный свинец. Как его только не называли: "Белый Витязь", "Шпага генерала Корнилова", "Рыцарь без страха и упрека". Действительно, в Маркове на редкость удачно сочетались качества выдающегося офицера Генерального штаба и храбрейшего строевого офицера. Кто знает, останься он жив, возможно, колесо гражданской войны повернулось бы в другую сторону. Его так впоследствии не хватало Деникину, как, впрочем, и многих других преждевременно сложивших головы соратников.

После гибели генерала Корнилова встал вопрос о том, кто примет армию? К Офицерскому полку тогда подъехал Марков и сказал: "Армию принял генерал Деникин. Беспокоиться за ее судьбу не приходится. Этому человеку я верю больше, чем самому себе". Этого было достаточно, чтобы все успокоились новым назначением. Что касается личных политических пристрастий Маркова, то предоставим слово опять его лучшему другу генералу Деникину: "Конечно, Маркова как человека вполне интеллигентного не могли не интересовать вопросы государственного устройства России. Но напрасно было бы искать в нем определенную политическую физиономику — никакой политический штамп к нему не подойдет. Он любил родину, честно служил ей — вот и все!".

Во 2-м Кубанском походе генерал Марков возглавляет пехотную дивизию. 12 июня 1918 года — самое начало похода. Было 6 часов утра, шел бой возле станции Шаблиевская. Сергей Леонидович руководил боем с командного пункта. Один из снарядов красных разорвался в трех шагах от Маркова… Последними его словами были: "Умираю за вас… как вы за меня… Благословляю вас…". Через несколько часов его не стало… тяжело передать словами то горе, которое охватило всех в Добровольческой армии.

Уже 13 июня генерал Деникин отдал приказ: "Для увековечения памяти первого командира 1-го Офицерского полка части этой впредь именоваться — 1-й Офицерский генерала Маркова полк". Впоследствии полк был развернут в Марковскую дивизию, которая вписала немало славных дел в историю гражданской войны. О них писали: "Это они, марковцы, в своей черной форме, равняясь, шли, как фантом, без выстрела на неприятельские окопы. И врага парализовывал вид этого сверхчеловеческого упорства, этих людей-теней". Белые тульи фуражек и черные погоны марковцев надолго запомнились большевикам.

В лице генерала Маркова Россия потеряла еще одного талантливого полководца и горячего патриота. Один из "первопроходцев" писал: "Генерал Марков — неотъемлемое и драгоценное достояние национальной России, и какой бы в будущем ни стала наша родина и армия, она не может не чтить память одного из лучших ее сынов — Сергея Леонидовича Маркова, отдавшего за нее свою жизнь в самую тяжелую пору ее государственного бытия".

http://s59.radikal.ru/i164/0911/b5/66b48d7cdc10.jpg

Игорь РОДИН, секретарь военно-исторического клуба "Императорское Русское Военно-Историческое общество"
"Киевский ТелеграфЪ" 25 июня - 1 июля 2004

0

2

Марковцам посвящается

0


Вы здесь » Козацькі посиденьки » История в личностях » Марков Сергей Леонидович